Чрезвычайное положение (2024)

Карэл Беран всегда умел слышать напряжение в голосах и читать между строк. Его работа — быть на грани событий, передавать миру правду сквозь гул толпы и шум стрельбы. Когда поступила странная, ничем не подтверждённая наводка, он не стал колебаться — собрал рюкзак и вылетел в Прагу. В этот же момент далеко, в Кабуре, надрывно гудел воздух — страна горела революцией после выборов, и каждый день превращался в хаос.

Возвращение стало невозможным. А потому — старенький диктофон, смартфон, куски новостей, доносящиеся через помехи, и… всё, что попадётся под руку на кухне. Карэл строит импровизированную студию в квартире, варит кофе и редактирует аудиофайлы между кипящим чайником и звоном посуды. Репортажи рождались в этом странном промежутке между домом и войной, между голосом правды и эхом забвения.

Он один, отрезан от фронта, но всё ещё в гуще событий. Кабур может быть далеко, но его голос — всё ещё на передовой.